Танковый фронт

Танки идут на Люблин

Советские танковые войска в штурме Люблина в июле 1944 года

 

В начале третьей декады июля 1944 года мощная волна советских войск форсировала Буг и неудержимо рвалась к Висле. Главная ударная сила 2-я Танковая Армия генерала Богданова, за неполные сто часов прошла 150 км. Лишь в одном месте немцы «пустили ей кровь» - в Люблине.

Летом 1944 года мощное наступление советских Белорусских Фронтов привело к краху германской Группы Армии «Центр». Несмотря на тяжелые потери у противника, во второй половине июля силы наступающих стали заметно снижаться. Но начавшаяся стабилизация фронта на центральном участке совпала с активизацией 13 июля 1-го Украинского Фронта, который с успехом атаковал Группу Армии «Северная Украина». Наконец 18 июля к наступательным действиям перешло левое крыло 1-го Белорусского Фронта маршала Константина Рокоссовского. Состоящее из пяти общевойсковых армий, танковой армии а также трех самостоятельных корпусов и сконцентрированное в районе Ковеля, это крыло имело против себя два слабых корпуса левого крыла германской 4-й Танковой Армии*. Согласно советскому плану главной целью наступления был взлом вражеского фронта, форсирование Буга между Влодавой и Хелмем, выполнение глубокого обходного маневра в направление Седлеце – Бяла – Подляска и соединение с северным крылом 1-го БФ. Этот маневр позволил бы окружить в районе Бреста части 2-й немецкой Армии (20-й, 23-й ак и венгерский 2-й рез. корпус). Вспомогательным направлением наступления был удар к Висле в район Демблина. Обладая огромным количественным превосходством, этот план имел все шансы на успех.

------------------------------------
* Левое крыло 1-го Белорусского Фронта состояло в первом эшелоне из 70-й А, 47-й А, 69-й А, 8-й Гв. А, 11-го тк, 2-го и 7-го гвкк, во втором из 2-й ТА и 1-й Польской Армии. Против них стояли немецкие части 8-го ак и 56-го тк.
------------------------------------

На своем левом крыле маршал Рокоссовский имел в частности очень сильную 8-ю Гв. Армию ген.-полковника Василия Чуйкова и 2-ю Танковую Армию ген.-полковника Семена Богданова (состав армии смотри в таблице 1). Эти армии должны тесно взаимодействовать в начале наступления. После форсирования Буга танковая армия опередила бы стрелковые дивизии и в зависимости от ситуации ударила на север в направлении Бялы-Подляски или Седльца. Здесь бы танки генерала Богданова должны прорвать фронт немецкого 8-го ак (связывающего германские 4-ю ТА и 2-ю А) и выйти на глубокие тылы, парализуя снабжение противника и суживая поле его маневра. Тем самым судьба правого крыла 2-й Армии была бы предрешена.

18 июля 1944 года в 3:30 (местное время) мощной артподготовкой этот план начал претворяться в жизнь. Уже 19 июля передовые советские части к Бугу и на следующий день создали первые плацдармы в районе Забужа, Опалин и Бережци. 21 июля слабая оборона германского 8 ак на Буге окончательно рухнула и советские войска вышли на оперативный простор. Маршал Рокоссовский оказался в ситуации о которой не мог и мечтать – перед ним дезорганизованный и отступающий враг, и преследующие его полноценные части одной армии и трех подвижных корпусов*. Темп наступления был настолько быстрым, что поддержка 2 ТА восточнее Буга оказалась не нужна. Во второй половине 19 июля мотострелковые части на автомобилях начали выдвигаться к реке, а на следующий день тронулись в ее сторону танки и гусеничный транспорт. Такой способ передвижение был вынужденным – сеть дорог в этом болотистом районе была очень редка. Если бы первыми пошли бы танки, то они разбили своими гусеницами грунтовые дороги, делая их непроходимыми.

------------------------------------
* Исключение составлял 11 тк, который в начале июля, во время попытки уничтожить блокированную в Ковеле боевую группу 5 тд СС «Викинг», понес тяжелые потери.
------------------------------------

2-я Танковая Армия форсировала Буг под ливнем 21 июля под Стулнем, Воле-Ухруска и Свиржами по двум 60-тонным и одному 30-тонному понтонным мостам. В местах где были разведаны броды, танки переходили реку по дну. Первыми форсировали реку отдельные части и 3-й тк и 8-й гв. тк. 16-й тк шел последним. Вечером 21 июля 3-й тк генерал-майора Николая Веденеева собрался в лесах около Косиня и Стулна, а 8-й гв. тк генерал-лейтенанта Алексея Попова в лесах западнее Воли-Ухруски. Генерал Богданов уже на следующий день мог бросить их в преследование. Однако 2-й ТА не дано было закрыть котел под Брестом. Во время переправы командарм получил приказ с новой целью наступления - Люблин.

За «свободную» Польшу.

Решение о направления танков Богданова на Люблин, в направлении, противоположном первоначальным намерениями, не имело военного обоснования. Этот приказ исходил от Сталина и принял он его из чистых политических причин. Хорошо знавшие советский механизм власти и пережившие аресты и заключение в тюрьму в 37-40 гг., в годы «большой чистки», маршал Рокоссовский и генерал Богданов не собирались оспаривать это решение. Решение о броске 2-й Танковой Армии на Люблин Сталин принял 20 июля*. В этот день в Москве был создан Польский Комитет Национального Освобождения – коммунистическое правительство. В тот момент диктатор искал для него соответствующее местопребывание, а первым большим городом в Польше, который могла занять Красная Армия был собственно Люблин. Учитывалось и время – ПКНО должен был стать признанным и полноценным органом власти тогда, когда подпольный центр лондонского правительства Речи Посполитной находились ещё в оккупированной немцами Варшаве и не мог рассчитывать на признание. К тому же, вопреки популярному сегодня взгляду, советская сторона достаточно серьезно считалась с невозможностью освобождения Варшавы летом 1944 г. и уже задолго до Варшавского восстания намеревалась в случае упорного сопротивления немцев прекратить наступления на Висле. Поэтому таким важным становился Люблин. А 800 танков Богданова давали гарантию быстрого успеха политических планов Москвы. То, что состав 2-й ТА не позволял вести эффективные городские бои, Сталиным в расчет не принималось.

------------------------------------
* Первоначально по плану город должны были освободить 69-я Армия и 7-й гв. кк.
------------------------------------

Таким образом, 21 июля Ставка (Ставка Верховного Главнокомандования) приказала маршалу Рокоссовскому занять Люблин не позже 27 июля, потому что «это требует дело демократической и независимой Польши». На город решено бросить подвижные части – 2-й ТА с подчиненным ей на время этой операции 7-м гв. кк, который форсировал Буг в районе Дорохуска. Сам маршал, понимая политические причины приказа, потребовал от Богданова увеличить темп и уже 23 июля занять Люблин. В свою очередь сам командарм приказал командованию 3-го тк и 8-го гв. тк исполнить фактически невыполнимое задание – занять Люблин уже вечером 22 июля! Одновременно с этим 5-й омцп вместе с 107-й тбр (16-го тк) и частями 7-го гв. кк должны были овладеть Хелмом и шоссе на Пяски и маршировать дальше в сторону Люблина*.

------------------------------------
* Это было не первое наступление советских танковых войск на Люблин. 28 сентября 1939 г. на южные предместья города вышла 36-я лтбр, которая позже вернулась на восток.
------------------------------------

Направление - Люблин!

Еще перед рассветом два корпуса танковой армии, смешавшись с колоннами пехоты из 8-й Гв. Армии, выходят на исходные позиции. В 3 часа утра без артподготовки танки бросились в атаку. Генерал Веденеев разделил свой корпус на три эшелона. Из местечка Свиржова наступала 50-я тбр полковника Романа Либермана вместе с 1107-м сап (СУ-85). Из района севернее Цицова атаковала 51-я тбр полк. Семена Мирводы, а также 1219-й сап (СУ-76). Во втором эшелоне шла 103-я тбр подполк. Ивана Куриленко, и 57-я мсбр продвигалась в последнем эшелоне. Уже в начале наступления стало появляться проблемы с горючим. Из-за быстрого ввода в бой корпуса заправиться успели не все. В первом эшелоне наступали 120 танков и 40 самоходок. 3-й тк ударил в стык 26-й тд (56-го тк) и 5-й егерской дивизии (8-го ак), в скоротечном бою прошёл немецкие позиции у Каниволи. 50-я тбр, продвинулась севернее Людвина до Бжостувке. Несколько танков высланы оттуда под Любартув, где их экипажи попали под вражеский огонь. Не теряя время, полк. Либерман приказал возвращаться на юг. Около 13:00 бригада вышла к р. Свинья около Завипжицы и не имея контакта с противником форсировала реку сходу. Тем временем 51-я тбр через Людвин и Зезулин вышла к р. Свинья под м. Кияны. Около 13:30 обе бригады вместе овладели Спичин. Тем самым последнее естественное препятствие перед Люблином, река Свинья, было преодолено.

Наступающий южнее 8-й гв. тк генерала Попова переправлялся в большим трудом. Важное шоссе на Лезну обороняли большие германские силы, которые укрепились в селах Цицув и Пугачи. Согласно советским данным в Цицуве было две роты пехоты и три самоходки из 26-й тд. Село атаковала 60-я гв. тбр пол. Ивана Степанова вместе с 301-м гв. сап. В то время, когда батальон T-34 вместе с СУ-76 вели обстрел германских позиций, Шерманы обошли с севера село и выбили противника до Пуцхазова. Бригада не стала преследовать противника, а зная об успехе 3-го тк бросилась к реке Свинья и достигла её в 16:00. Вслед за бригадой продвигалась 28-я гв. мсбр. В свою очередь, на Пугачи ударила 58-я гв. тбр полк. Петра Пискарева вместе с 1817-м сап (СУ-85). Борьба за село продолжалась несколько часов (было доложено о двух батальонах 26-й тд и 10 самоходках), и только к вечеру бригада овладела Пугачами. Последняя из бригад корпуса, 59-я гв. тбр полк. Афанасия Туренкова маршировала во втором эшелоне. Имея перед собой следующий пункт сопротивления - город Лезна, генерал Попов приказал 60-й гв. тбр (без одного батальона танков) и 28-й гв. мсбр обойти его с севера и дорогами на Тжеснув и Вулке вдоль Бистрици продвигаться на Люблин. В то время когда два батальона танков 60-й гв. тбр начали выходить в тыл немцев, 58-й гв. тбр с юга (один батальон танков) и востока (два батальона танков), поддерживаемая от севера также третьим батальоном 60-й гв. тбр, ударила на Лезна. Немцы откатились на юго-запад в сторону Кжесимова, где организовали новую линию обороны. Мост в Лезне был взорван, но 58-й гв. тбр форсировала реку бродом в 2 км на север. Однако последующее наступление по шоссе на Люблин обеих танковых бригад сдерживалось немецкими заслонами. Чтобы обойти эти препятствия, часть 58-й гв. тбр тронулась полевыми дорогами на юго-запад в направлении Янувка и Свидника Дужего. Вечером первые танки 8-го гв. тк проникли в восточные предместья Люблина вдоль берегов Бистрици.

Во второй половине 22 июля 3-й тк приступил к охвату Люблина. Около 13:30 танки 50-й тбр продвигались по дороге Немце-Крайсенен на запад (на железнодорожной станции Немце перехвачен эшелон с ГСМ, который в дальнейшем русские использовали в марше к Висле), уничтожая слабые немецкие заслоны. Через час в районе Ясткова они достигли шоссе Люблин - Пулавы. На дороге им встретились многочисленные вражеские обозы. Немцы эвакуировали свои войска в сторону Вислы, также гитлеровская администрация и германское гражданское население убегали на запад. Советские танки расстреляли колонны. Дальше бригада разделилась. В Ясткове осталось 8 танков T-34-85 а также все орудия СУ-85 из 1107-го сап как прикрытие от атак со стороны Пулав, а другие танки повернули на юг к Люблину. Поздно вечером они вышли к Славинек, где были встречены сильным огнем. Одновременно сюда подошли танки 51-й тбр, которая продвигались на Люблин западным берегом Бистрици, а в дальнейшем обошла город от севера с целью атаки во взаимодействии с 50-й тбр.

К исходу дня 22 июля оба танковых корпуса не выполнили приказа генерала Богданова и не заняли Люблина. Но проведенный марш был несомненным успехом. Тем самым генерал Богданов выполнил приказ марш. Рокоссовского. Имеющимися частями (26-й тд) немцы не смогли бы задержать советского наступления из 320 танков и САУ. А это даже не половина сил танковой армии. 103-я тбр все время оставалась в тылу, форсировав р. Свинья только ночью на 23 июля. 57-я мсбр из-за нехватки топлива стояла у Каниволи. В начальных боях не участвовали 59-я гв. тбр, оба полка тяжелых танков, а также весь 16-й тк. Только его 107-я тбр наступая вместе с кавалерией 7-го гв. кк, овладела г. Хелм. Генерал Богданов потребовал от командира 16 тк, генерал-майора Ивана Дубового, чтобы его корпус к утру 23 июля вышел бы Люблину и собрался на северной окраине.

Танки в Люблине.

Успех предыдущего дня привел к неправильным выводам о силе противника. От генерала Богданова требовали скорейшего выполнения приказа. 22 июля к нему прибыл генерал Николай Булганин, Член Военного Совета Фронта, с информацией, что Сталин приказал овладеть Люблином уже к 25 июля. Поэтому генерал Богданов был вынужден приказать на рассвете 23 июля ударить и овладеть городом только танковыми частями. Это было очень рискованно – тесная старинная застройка города снижала боевые возможности танков, зато давала большие возможности защитникам. Силы, собранные для штурма насчитывали около 12000 солдат, 120 орудий и минометов, 370 танков T-34-76, T-34-85 и M4A2 плюс около 80 САУ. Не были разведаны в полной мере ни защитные позиции, ни германские силы в городе (считалось что в городе около 4 тыс. солдат и 12 самоходок – командовал обороной генерал-лейтенант Хелмар Мозер). Наступление было, по сути, импровизацией, а быстрый успех должно было гарантировать подавляющее численное преимущество. На счастье для 2-й ТА к боям в городе готовилась также местная организация Армии Крайовы (АК). В районе Люблина мобилизовался 8-й легионерский пехотный полк 3-й польской дивизии. Быстрое продвижение 3-го тк 22 июля захватило врасплох поляков, однако на следующий день они включились в штурм города, служа часто за проводников и как группы поддержки для советских танков. Подпольные ячейки в Люблине перешли к открытой борьбе, уничтожая и дезорганизуя оборону изнутри и спасая от уничтожения ключевые городские объекты. К примеру, один из отрядов закидал гранатами т.н. Дойче Хаус в Краковском предместье (гостиница «Люблянка»), бои шли на улицах Нарутовица, Певякув, Лубартовской. Отряды АК атаковали железнодорожный вокзал, овладели сахарным заводом на улице Кроцхмалной, газовым заводом, электростанцией и водокачкой.

Утром 23 июля после 20-минутного артналета по выявленным узлам сопротивления, 2-я ТА начала штурм Люблина. Из района Славинка, Цзехова наступали 50-я и 51-я тбр вместе с САУ 1107-го и 1219-го сап. Генерал Богданов надеялся, что северно-западная часть города будет слабее занята врагом и этим путем наступающие как можно скорее дойдут до центра. До 10:00 удалось сломить в нескольких местах оборону в предместьях, однако удар по оси Аллеи Рацлавицкие - Краковское Предместье в сторону Площади Локетка был неудачен. Проблемой русских было прежде всего нехватка достаточного количества пехоты (в советской танковой бригаде существовал только один батальон стрелков). В городских боях, без пехотной поддержки, танки становились легкой добычей для германских противотанковых орудий и солдат с фаустпатронами. Атакующие не знали хорошо город, были захвачены врасплох твердым сопротивлением гарнизона, который построил свою оборону на ряд укрепленных объектов, поддерживаемых небольшими, но подвижными резервами. Нехватка пехоты делала невозможным эффективную очистку кварталов домов, а хаотический обстрел зданий из танковых орудий оказался мало эффективный. К тому же северно-западные предместья а также многие зданий вдоль Аллеи Рацлавицкицх и Краковского Предместья, как например казармы или дома при Литовской Площади, оказалось сильными укреплены. В этой ситуации безуспешный удар 3-го тк привел только к тяжелым потерям среди людей и техники. В этой атаке генерал Богданов был сам тяжело ранен, наблюдая за штурмом города*.

------------------------------------
* Существуют две противоречивые версии на тему места ранения генерала. Одна говорит о ранении 23 июля в северно-западной части Люблина, вторая - ночью с 23 на 24 июля во время форсирования Бистрици.
------------------------------------

С северо-востока на Люблин наступали танки 8-го гв. тк. Из района Рудника и Поникводи атаковала 60-я гв. тбр, усиленная 1-м мотострелковым батальоном 28-й гв. мсбр и САУ из 301-го гв. сап. События как и в 3-м тк здесь также повторились. После начального успеха, наступление, ведомое по оси улицы Лубартовской на юг в направлении Площади Локетка, закончилось неудачей во второй половине дня, а немцы даже смогли контратаковать на север (согласно советским рапортам силами двух батальонов пехоты при поддержке самоходок и сильного обстрела из минометов). Отразив контратаки противника, 60-я гв. тбр вместе с подошедшей из Хелма 107-я тбр опять усилили натиск, пытаясь продвинуться вдоль Лубартовской улицы. Утром эта бригада потеряла много танков, оставленные в городе они немедленно уничтожались немцами. В новой атаке группа танков всё таки прорвалась к центру города на Площадь Локиетка и Королевскую улицу, но лишенное пехотного прикрытия была уничтожена врагом.

С северо-востока и востока на город двинулись 58-я и 59-я гв. тбр вместе с СУ-85 из 1817-го сап, а немного позже с пехотой 28-й гв. мсбр. До 10:00 атакующий овладели восточными предместьями и Фабричной улицей, продолжая атаку в направлении моста через Бистрици (по ул. Замойской). И здесь атака не удалась. Немцы обстреливали атакующих с западного берега реки, используя бронепоезд с двумя мотоброневагонами (Pz.Zug 11, Pz.TrWg. 16 и 18).

Во второй половине дня стало окончательно ясно, что взять город только танками провалилась. Тяжело раненный командарм был эвакуирован. Атакующие бригады понесли тяжелые потери. Борьба шла за каждое здание. Интенсивность боев отражена в донесениях АК: «С утра продолжается уличная борьба. Советские войска атакуют улицу Пилсудского, Лубартовскую, Новую, Светодуска, Рынок, Королевскую и Нарутовича. Германские войска ожесточенное сопротивляются, подбито много советских танков. Отошедшие по Лубартовской улице танки снова начали атаку». Тяжелое положение танкистов 2-й ТА стало следствием спешки при подготовке и сильной недооценкой противника. Командование армией принял генерал-майор Алексей Радзиевский (начальник штаба армии), который начал подготовку к окончательному овладению города 24 июля, не прекращая атаки вечером и ночью 23 июля. Вечером под Люблин подошли с востока первые части 28-го гв. ск 8-й Гв. Армии и 7-го гв. кк. Кроме того, из Хелма прибыл 5-й омцп. Этих сил теперь было достаточно для успеха, чтобы не привлекать отставшие части 2-й ТА (103-ю тбр, 57-ю мсбр и 16-й тк) для уличной борьбы. Тем временем 3-й тк и 8-й гв. тк (вместе с 107-й тбр) не ослабевали свой натиск. Ночью в районе улицы Мельничной два батальона танков 58-й гв. тбр вместе с десантом попытались прорваться через реку к центру. Успешно выполнив эту задачу, они серьезно нарушили немецкую оборону. Еще перед рассветом 24 июля часть гарнизона Люблина отошла в юго-западном направлении на Красник, пытаясь прорваться через позиции 14-й и 15-й гв. кд поддержанных 114-м тп из 7-го гв. кк, блокировавших город с юга. Утром оба советских танковых корпуса вышли к центру города и после упорной борьбы соединились. Организованная оборона Люблина была окончательно сломлена еще до полудня, однако бои с изолированными группами продолжались до ночи (например на кладбище по Липовой ул.). К утру 25 июля город был полностью освобожден от германских войск. Согласно противоречивым советским донесениям в Люблине и окрестностях взяты в плен до 2.228 немецких солдат вместе с генералом Мозером, уничтожены и захвачены 2 самолета, 38 танка и САУ (согласно другим источникам 37, а в других - только 12), 352 или 240 орудий и минометов, около 2600 штук ручного оружия, 1172 автомашины, в том числе 548 на ходу, а также 10 складов материалов. Нанесены тяжелые потери германским 26-я тд и 213-я охрд из состава 4-й ТА. Трудно сегодня утверждать на сколько достоверны эти данные, однако русские подчеркивали «захват больших трофеев».

Короткая, но ожесточенная битва за Люблин закончилась. Маршал Рокоссовский узнав о прорыве в центр города днем 24 июля, немедленно доложил в Ставку о выполнении приказа раньше на три дня. Тогда же он приказал, чтобы 50-я и 51-я тбр вышли из города и присоединились к 3-му тк. 3-й тк вместе с 16-м тк ночью с 24 на 25 июля начал новое наступление на запад к Деблину и Пулавам. Темп наступления 2-я ТА на Люблин 22 - 23 июля был фактически запредельным, но командующий 1-го Белорусского Фронта не намеревался замедлять его. Через 6 дней танкисты 3-го тк должны были продвинуться до Радзимин и Воломин. В Люблине немного задержался только 8-й гв. тк, который вместе с 7-м гв. кк оборонял город с юга в ожидании подхода частей 69-й Армии и 1-й Польской Армии. Это позволило немного отдохнуть солдатам корпуса генерала Попова.

Быстрый захват города никак не может оправдать того, что с военной точки зрения марш 2-й ТА был не нужен. Общая ситуация в которой в начале третьей декады июля очутилась германская 4-я ТА и так делал невозможным удержание города. Танки генерала Богданова прежде всего были необходимы под Седельцем (правое крыло 2-й Армии выскользнуло окончательно из окружения в конце июля), а затем 23 июля могли атаковать Деблин и Пулавы, а это давало бы шанс быстро форсировать Вислу и снова выйти на оперативный простор. Однако больше политический приказ и поэтому возникшая ненужная поспешность, заставила использовать танковую армию способом несвойственным ей. Безумные атаки утром 23 июля свидетельствовали о том, что командование нисколько не считалось с потерями своих солдат. Точно оценить потери советской стороны довольно сложно из-за существующих противоречий и определенных манипуляции в советских документах. Согласно отчета полковника Базанова от 30 августа 1944, исполняющего с 23 июля обязанности начальника штаба 2-й ТА, общие потери армии с 20 июля по 8 августа составили: убиты и пропали без вести 1.433, ранено 2.852. Безвозвратно потеряно 155 T-34, 48 M4A2, 4 ИС-2, 3 Валентин MK-9, 18 СУ-85, 15 СУ-76 и один СУ-57, плюс 11 гусеничных тягачей (всего 243 единиц гусеничной техники). Сравнивая эти данные с отчетом фронта и отчетом генерала Радзиевского о потерях 2-й ТА за 1 - 8 августа (998 погибло и пропало без вести, 1.271 раненных, 101 танков, 13 - 15 САУ, 2 тягача) мы получим за июль потери армии в размере 435 убитых и пропавших без вести, 1.581 раненных, а также 129 танков и САУ и 10 тягача (в том числе 1 СУ-57). Не стоит забывать о потерях армии под Деблином и Пулавы (25 июля), а также о тяжелых боях на подступах Варшавы (27 - 31 июля). Но всё-таки значительную часть потерь 2-й ТА понесла собственно в Люблине. Подтверждением того являются донесения АК, оценивающие общие потери в городе в 54 танка. В свою очередь полковник Антон Карпински насчитал 96 танков и САУ подбитых в Люблине, отметив что только 19 из них потеряны безвозвратно (но вторая цифра кажется в свете выше приведенных документов заниженной). Дополнительно подтверждением высоких потерь 2-й ТА в Люблине следует считать доклад генерала Радзиевского, в котором свои силы утром 27 июля, а следовательно незадолго до наступления на Варшаву, он оценил в 549 танков и САУ, в то время когда 18 июля на ходу было 789, или на 240 больше. Что интересно, согласно этому же донесению наибольшие потери были у 8-го гв. тк, фактического освободителя Люблина, не участвовавшего 25 - 26 июля в боях (в корпусе генерала Попова отсутствовало утром 27 июля 35 танков T-34-85, 46 танков M4A2, 7 танков ИС-2, 3 СУ-85 и 6 СУ-76 , всего 97 единиц или 30 % от численности неделей раньше). О значительных потерях T-34 докладывал также 3-й тк. Сам генерал Радзиевский в своем донесении так оценил атаку на Люблин: «Идея командования - овладение Люблина через окружение его со всех сторон без вступления в город до подхода мотострелковых бригад или пехоты 8-й Гв. А, была изменена на решение, что танковые бригады, после охвата города с северо-запада, севера и северо-востока, с марша и без специального плана атаковали Люблин, освободив его не считаясь с большими потерями в танках». Сталин был, однако доволен. 9 августа 3-й тк и 59-я гв. тбр получили почетное наименование «Люблинский». В начале августа награждены орденом Красного Знамени 58-я, 60-я гв. тбр, 50-я тбр, 28-я гв. мсбр, орденом Суворова II ст. награждены 50-я, 51-я тбр. Приказом объявлена благодарность 301-му гв. сап, 1107-му, 1219-му, 1817-му сап, 62-му гв. ттп, 5-му омцп.

Состав 2-й ТА в Брестско-Люблинской операции.

2-я ТА имела довольно нетипичную для 1944 г. структуру. Вместо двух танковых и одного механизированного или одного танкового и одного механизированного корпуса, в армию входили родные 3-й и 16-й тк вместе с 11-й отдельной гв. тбр, а с 9 июля введен еще 8-й гв. тк, до этого подчиненный 1-й Польской Армии. В свою очередь 11-я гв. тбр передана 8-ю Гв. А. В результате армия получила большое количество танков, без достаточного количества мотопехоты. Эта проблема проявилась позже в ходе боев за Люблин и Варшаву. 2-я ТА 8 августа выведена из состава фронта с распределением её корпусов среди общевойсковых армий.

Командир: Герой Советского Союза генерал-полковник Семен Богданов (с 23 июля обязанности исполнял генерал-майор Алексей Радзиевский)

Войска:

3-й тк (генерал-майор Николай Веденеев) 50-я, 51-я, 103-я тбр, 57-я мсбр, 1107-й (СУ-85), 1219-й (СУ-76) сап, 234-й минп, 74-й мцб, 728-й оиптдн, 126-й гв. мдн, 121-й зенап, 90-й осб, 411-й обс, 192-й медсанбат

16-й тк (генерал-майор Иван Дубовый) 107-я, 109-я, 164-я тбр, 15-я мсбр, 6-й гв. ттп (ИС-2), 1239-й (М-10), 1441-й (СУ-85) сап, 226-й минп, 51-й мцб, 729-й оиптдн, 89-й гв. мдн, 1721-й зенап, 205-й осб, 689-й обс

8-й гв. тк (генерал-лейтенант Алексей Попов) 58-я, 59-я и 60-я гв. тбр, 28-я гв. мсбр, 62-й гв. ттп (ИС-2), 301-й гв. (СУ-76), 1817-й (СУ-85) сап, 269-й гв. минп, 6-й гв. мцб, 307-й гв. мдн, 300-й гв. зенап, 148-й гвобс, 120-й гвосб

Для проведения операции армии придавались

41-я иптабр (1958-й, 1959-й и 1960-й иптап), 24-я адп (1045-й, 1349-й и 1343-й ап), 6-й гвмп, 86-й гвмп, 5-й омцп, 9-й опс, 227-й запсп, 87-й мцб, 1-й тпмп, 357-й омиб, 246-й запасной танковый батальон.

Количество танков и САУ 2ТА на 18 июля 1944 г.

2-я Танковая Армия летом 1944 г. была самой многочисленной по части оснащения танками среди советских танковых армий. В большинстве эти танки были новыми, только поступившими с заводов, особенно в 3-й и 16-й тк.

Численность:

  • T-34-76 и T-34-85 - 473
  • M4A2 Шерман - 140 (139)
  • ИС-2 - 41 (в ремонте - 1)
  • Валентин MK-9 - 10
  • СУ-85 - 63
  • СУ-76 - 41 (в ремонте - 1)
  • M-10 - 21
  • СУ-57 - 19

«Американская» структура 8-го гв. тк.

В составе 2-й ТА было 5 типов танков и 3 типов САУ (без учета СУ-57). Что интересно, не только большинство автомобилей, но часть танков были из США. К примеру танками Валентин был оснащен 5-й омцп, САУ M-10 – 1239-й сап, но большинство танков из-за Атлантики сосредоточено в 8-м гв. тк. Ниже приведено состояния танкового парка корпуса на 9 июля 1944 г.

  T-34 M4A2 СУ-85 СУ-76 СУ-57 КВ-122* M3A1 Скаут БА-64
58-я гв. тбр 32 43 - - - - 3 -
59-я гв. тбр 23 44 - - - - 3 -
60-я гв. тбр 24 42 - - - - 3 -
28-я гв. мсбр - - - - - - 8 5
62-й гв. ттп - - - - - 21 3 -
1817-й сап - - 21 - - - - 1
301-й гв. сап - - - 21 - - - 1
6-й гв. мцб - 10 - - 2 - 6 5
148-й гв. обс 6 - - - - - 2 4
Итого 85 139 21 21 2 21 28 16

* так названы в отчете танки ИС-2.

 
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
   
Литература и источники:
 
 
 
 
 
 

Купить деревянные Поддоны и паллеты оптом цены в Москве
наверх